Разумная система взаимовыручки

«Эра благоденствия» в строительной отрасли, которая должна бы наступить с введением саморегулирования, пока не воцарилась, хотя заметные сдвиги в положительную сторону налицо. О возможностях, проблемах и существующих сегодня тенденциях в строительстве рассказывает Юрий Чумерин, директор Союза предприятий строительной индустрии Свердловской области.

Раньше и теперь

В строительной отрасли большой процент предприятий малого и среднего бизнеса – примерно 75–80%. Непосредственно в Союзе предприятий строительной индустрии 400 строительных организаций и 200 заводов.

Понятно, что заводы в основном относятся к разряду крупных предприятий, зато среди строителей подобных менее 20%. И вот какова позиция руководства Союза на данную ситуацию – мы никого не выделяем, не обособляем, предпочитаем, чтобы все чувствовали себя здесь среди равных.

Ситуация создана примечательная. В одной организации есть и производители строительных материалов, и строители, и подрядчики, и субподрядчики. И ударные, мощные генподрядчики. Я имею в виду такие, как «Мостовик», у которого 17 тысяч работников, «Прокатмонтаж» – 8 тысяч, «Атомстройкомплекс».

Эти организации выигрывают тендеры, получают огромные объекты. А менее крупные наши организации работают с ними в роли подрядчиков, субподрядчиков, поставщиков. И это нормально, поскольку у нас внутри единая система подготовки кадров, единая система контроля – в рамках всё того же саморегулирования.

Необходимо подчеркнуть, что Союз предприятий строительной индустрии состоит из двух СРО: саморегулирование в строительстве (обязательное) и саморегулирование в производстве стройматериалов (добровольное). И это тоже играет свою роль в принятии тех или иных решений.

Вообще идея саморегулирования оказалось очень своевременной. Потому что в принципе строительный комплекс был уже никакой, и лицензирование, надо признать, зачастую было фиктивным: любой мог купить лицензию и строить. Переподготовка и кадровая аттестация оставались лишь на бумаге, но не контролировалась и не велась никогда и ни у кого. Институт закончил – считай, готовый специалист. Хотя по закону и положена каждые пять лет переаттестация, но куда там.

Страхование объектов гражданской ответственности не велось. Сейчас страхование обязательно, существует ответственность компенсационным фондом, да и контроль за организациями реально ведётся.
Мы каждый день выезжаем, посещаем поочерёдно объекты, проверяем. Строители бывают сначала недовольны, потом привыкают и исполняют наши указания. Действует дисциплинарный комитет, на заседаниях которого недобросовестные в чём-то организации наказываются. Раньше этого никогда не было. Строительные организации были сами по себе.

Ресурсы саморегулирования

Сегодня одно из приоритетных направлений Союза – это подготовка кадров: раз в пять лет мы должны обучить и аттестовать каждого работника каждой нашей организации. Всех, кто в них участвует. Только среди строителей мы обучаем до полутора тысяч человек в год. И каждому выдаём аттестат. И это не только потому, что таковы правила. Это на самом деле дисциплинирует людей, уменьшает риски в работе.
Надо иметь в виду, что тут всё взаимосвязано. Не подготовили человека, проморгали что-то, а он взял да и допустил брак в работе. А СРО потом отвечает за материальный ущерб средствами из компенсационного фонда – если нанесён убыток третьему лицу. Зачем это? Накладно.

С другой стороны, стройка есть стройка, всё равно все эти вещи здесь случаются, никто не застрахован. Но если раньше предприятие было вынуждено само решать проблемы, которые возникали в связи с авариями, то сегодня от имени каждой нашей компании выступают юристы Союза.

Мы работаем со страховыми компаниями, мы работаем с пострадавшими. И в любом случае мы не только наказываем тех, кто проявил какую-то халатность, но если надо, мы ещё им и помогаем. Хотя бы той же юридической, правовой поддержкой.

Бывают такие заказчики, генподрядчики, которые находят, к чему придраться в работе подрядчиков, лишь бы не платить: мол, а вы не сделали эту работу, а вы плохого качества сделали. И мы через областной арбитражный суд получили право защищать членов Союза.

Наши комиссии теперь на законном основании могут проверять работу строительных организаций с целью решения конфликтных ситуаций. Они к нам обращаются, и мы выходим на объект нашей комиссией.
У нас очень квалифицированные специалисты, перешедшие из Госстройнадзора. Они всё проверяют и дают заключение, действительно ли в работе предприятия оказался брак, действительно ли объёмы не выполнены. С этим заключением уже можно обращаться в суд. А, кроме того, у нас при Союзе есть аккредитованные организации, юристы, которые помогают организациям в суде, защищают их, выступают юридическими консультантами.

Если налоговая проверка пришла и предъявила неправомерные требования, в Союзе и на данный случай есть эксперты, которые помогают нашим членам отстаивать свои права в этих непростых ситуациях. Налоговой инспекции приходится наших экспертов принимать, с ними сотрудничать.

Узаконенное беззаконие

Но даже и сейчас, спустя два с половиной года после введения саморегулирования, у строителей остаются проблемы. Одна из самых неприятных проблем, которая дискредитирует всё саморегулирование – это существование так называемых коммерческих СРО. И ведь их не 2–3, а в разы больше. У нас в Свердловской области 2 400 строительно-монтажных организаций, 700 организаций из нашей области входят в такие коммерческие СРО – в питерские, московские, омские.

Суть понятна: зачем компании, так сказать, из области уходить? По законодательству она имеет право уйти. Но какой в этом смысл, если продолжаешь тут же работать? Да просто им за деньги выдают документы на любые виды работ. У предприятия и кадров-то нет заявленные работы выполнять, но этим «как бы СРО» всё равно – выдали разрешения и в ус не дуют. Они никогда никого не проверяют, просто фиктивные бумаги выдают, деньги собирают и всё. Никого не обучают, не аттестуют. А строители как рассуждают: «Им ничего не надо, ну а мне не надо и подавно».

Сегодня борьба с данным явлением идёт уже на уровне Министерства регионального развития и Госдумы, чтобы выработать механизм закрытия таких псевдо-СРО, но пока безрезультатно, потому что коммерческие организации очень грамотно защищаются юридически. Кстати говоря, самым непримиримым противником таких СРО выступает наше национальное объединение строителей.

И пусть коммерческих СРО количественно не так уж много (из 250 саморегулируемых организаций страны коммерческих порядка 15), но они растут, раздуваются, как на дрожжах. Если в нашем Союзе 400 строительных компаний, то, например, под крышей одной коммерческой СРО из Санкт-Петербурга собрано более 14 000. И благодаря такой численной поддержке они имеют огромные возможности препятствовать любым законным действиям против их деятельности.

Тут ведь вот ещё в чём дело. Законом предусмотрено всё то, чем занимаемся мы внутри Союза. И есть всякие нормативные акты, требующие от саморегулируемых организаций тех или иных мероприятий в отношении своих членов. А проверять их исполнение должен Ростехнадзор.

Но, как мы видим, Ростехнадзор эту функцию пока не выполняет. И объясняет это тем, что у нас ещё не до конца отработан механизм воздействия на недобросовестные СРО. Вот уже два года мы бьёмся, в том числе, на наших съездах, и пока не получается их закрыть. Прокуратура подаёт на такие организации в суд, но и у них юристы тоже мощные, отбивают все атаки. И вот это сегодня главная проблема.

Кадровый дефицит

Проблемой последнего времени остаются и вопросы квалифицированных кадров. Мигрантами из стран СНГ такие проблемы просто не решить, сколько ни приглашай.

А вот кто себя сегодня нормально в бизнесе чувствует – это малые инжиниринговые предприятия. В их составе 15–20 высококвалифицированных специалистов. Они и сами могут выступать в роли генподрядчиков, выигрывая огромные объекты. Выиграли, а потом обращаются к нашим же строительным организациям, отбирают их в проект.

А как кадровый вопрос в других компаниях? Если время более-менее спокойное, то и заводы наши работают нормально, и у строительных организаций есть загрузка (хотя могла быть и лучше). Но как только происходит увеличение объёмов, хоть чуть-чуть, сразу возникает серьёзная проблема – нет людей. Брать таджиков? Так на заводы таджиков особо не возьмёшь, у них нет необходимой квалификации. Организовывать вторую смену? Но, опять же, людей откуда брать?..

Настоящая проблема, потому что по объёмам производства наши компании уже не в состоянии на себя больше брать, стройкомплекс где-то на пределе. Не получится уже пойти на серьёзное увеличение объёмов. Не хватает людей.

Вот мы и считаем одной из важных своих задач – организовать систему обучения в ГПТУ. У нас 50 ГПТУ строительного профиля – и для заводов, и для строителей.

Сейчас пришло время создавать при них попечительские советы. С министерством среднего специального образования надо договориться, чтобы отработать права попечительских советов.

Одним из лидеров в этом направлении является «Атомстройкомплекс», который уже создал систему сотрудничества с Уральским колледжем технологий и предпринимательства. И вот эту методику мы хотим взять за основу, чтобы распространить её и на остальные ГПТУ.

Предложим в попечительский совет представителей нескольких мощных и нескольких не самых крупных организаций. Они будут помогать училищам, в том числе и материально. Но и влиять на учебные программы, чтоб училище готовило реальных специалистов, а не просто, кого захотят. И специальности, если что, попечительские советы смогут менять, переориентировать. И при распределении будут первыми в очереди на будущих специалистов.

Правда, вопрос с министерством образования пока не решён. Они предлагают просто давать им деньги, а куда деньги потратить, они решат сами. Говорят: скажите, сколько стройкомплексу надо штукатуров, кровельщиков, плиточников, монтажников, а мы вам их подготовим. Наверное, это не совсем то, что нужно сегодня строителям. Пока переговорный процесс с министерством продолжается.

Бег с препятствиями

Вести диалог с представителем власти и трудно, и легко. Нельзя сказать ни про одного чиновника, что он негативно настроен, что он не хочет помочь. С ними разговариваешь – нормальные все люди. Но они зажаты в рамках. «У меня тут такая инструкция, а тут такая. Я это не имею права делать, а вот это не могу. А начну выпендриваться, меня с работы снимут». Вот что создаёт проблему.

Национальное объединение строителей в апреле провело съезд. Там во многие министерства была роздана книга «Административные барьеры при строительстве жилья».

Если кратко – чтобы начать строить тысячеквартирный дом, надо пройти через следующие испытания: прождать тысячу дней, пройти 100 процедур и потратить 25 миллионов рублей, прежде чем можно будет выкопать первую яму. Наверное, какая-то немалая часть процедур легитимная, положенная по закону, но не менее половины – это просто перестраховка чиновников.

Он зачем сидит? Он обязательно выпустит какое-нибудь областное или муниципальное постановление, чтобы как-то, пусть немного, ужесточить меру. И не чтобы взятку взять. Вот просто хочет человек хорошо выполнять свою работу, чтобы мышь не проскочила. И этим сам себе и строителям усложняет жизнь. Надо бы всё лишнее отменить одним махом, но пока нет такого человека, который бы сделал это.

Сегодня строителям предлагают: стройте больше индивидуального жилья. Ну, строить-то можно, а как потом согласовывать? Индивидуальный застройщик может годами ходить собирать необходимые бумажки. Многие люди в своих домах живут уже несколько лет, но всё не могут их сдать, продолжают регистрировать – землю, строение, какие-то архитектурные особенности, площадь помещений.

Ещё хорошо, что по законодательству на малоэтажное строительство нет экспертизы проектов и госстройнадзора. А то процедура усложнилась бы в разы.

А сколько всё это требует денег! Одно только БТИ можно проходить многократно. И у них для этого есть все законные основания. Заявляются в дом и начинают искать, к чему придраться: вот тут лесенки нет, не получится измерить на чердаке площадь, а на балкончике перила не готовы, даже заходить не буду. А зачем перила, если сейчас обмер площадей? Для представителей БТИ любой повод годится, и ты должен снова идти платить, а кроме того и время терять – месяц, а то и больше.

Такие барьеры могут какую угодно важную и светлую идею загубить. В екатеринбургских городских структурах ещё более-менее нормально решаются вопросы с регистрацией, действует система одного окна. А вот федеральные регистрационные структуры и структуры БТИ работают суперскверно.

КОММЕНТАРИЙ

Сергей Яклюшин, директор по стратегическому развитию межотраслевого лесо-строительного кластера:

– Ситуацию в малом бизнесе я считаю тяжёлой. Особенно по части лесной темы, хотя и по части строительной тоже. А поскольку они пересекаются, мы и организовали небольшой кластер для поддержки малого и среднего бизнеса.

Как это получилось? После кризиса особенно проявились проблемы малого и среднего бизнеса. В городе Екатеринбурге ещё можно как-то дышать через раз. Но в области — в Карпинске, например, там очень тяжёлая ситуация, хотя есть и ресурсы, и леса. Предприятия там работают сами по себе, они не интегрированы ни в какие сети, у них огромные издержки. Трудно решать вопросы: что нужно производить, какое оборудование поставить, как выйти на рынок, как привлечь финансирование, каких сотрудников нанять, каких обучить. И обратиться за советом не к кому.

И по примеру питерцев мы организовали некоммерческое партнёрство «Деревянное домостроение Урала», в которое начали встраивать кластерные механизмы. Чтобы эффективнее управлять этим кластерным образованием, написали программу развития. Сейчас предприятия получают какие-то гранты, кредиты, мы как-то кооперируемся, помогаем презентоваться, патентуемся.

Однако поняли, что и этого недостаточно. И мы пришли в Союз стройиндустрии и говорим, что сейчас масштабы изменились, и стройиндустрия — это организация неиспользованных возможностей. Здесь есть всё, только можно работать эффективней. И в случае сотрудничества сам стройкомплекс может очень серьёзно выиграть, и могут выиграть лесники, потому что у них большая часть продукции идёт на строительный комплекс. Это и деревянные дома, и малые архитектурные формы, и лесоматериалы, и пиломатериалы в качестве опалубки, и мебель — всё идёт на строительство. И заинтересованные стороны сформировали институт экономики, органы власти, и сейчас мы на базе предприятий Союза стройиндустрии сформировали такую кластерную программу, чтобы каждый участник нашёл в ней своё место. Чтобы он знал, куда инвестировать, кто будет у него покупать, какие потребности в кадрах, с кем он взаимодействует. Чтобы убрать все ненужные издержки, чтобы не бегать по рынкам, занимая денег, не финансировать, куда не нужно.

Кроме того, мы с любой властью находим общий язык. Сейчас, в связи с переменами в местном правительстве, есть некоторые пробуксовки, тем не менее, мы контактируем и с отделом лесопромышленного комплекса в министерстве промышленности и науки, и с министерством внешнеэкономических связей, и с торгово-промышленной палатой.

Существуют целевые программы, например, по поддержке развития малоэтажного домостроения в регионе, однако они практически не действуют. Мы уже несколько раз были у министра, показывали, почему не работают эти программы. Активно действуем на стыке региональной и муниципальной властей.

Главное – чтобы нас слушали, с нами работали, потому что мы хоть и малый бизнес, но у нас рабочие места, мы работаем в совокупности с крупными предприятиями.


Категория: Строительство

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *